Свидетель: я ходил с отцом в ресторан «Арагви»

Герои нашей новой рубрики «Свидетель» рассказывают об интересных московских событиях, очевидцами которых они стали, и о культовых местах, в которых им удалось побывать. Писатель Модест Осипов вспоминает легендарный грузинский ресторан «Арагви».

Свидетель: я ходил с отцом в ресторан «Арагви»
Модест Осипов
писатель


«Арагви» достался мне «в наследство» от папы, его водил туда в детстве-юности мой дед. Спустя десятилетия, во второй половине 80-х, отец впервые привел туда и меня. В советский ресторан так просто было не попасть, на тяжелой резной двери висела вечная табличка «Мест нет». Но отец улыбнулся знакомому портье, пожилому грузному дядьке в костюме-тройке и при галстуке, незаметно сунул ему трешку, и места чудесным образом нашлись. Рубль гардеробщику, и он заботливо принял у нас пальто. Нас встретил официант, тоже папин знакомый, провел за столик в подвальном зале, в уютном закутке за колонной, подал меню – и отцу, и мне, как взрослому. «Что будете кушать?»

Для меня, ребенка, привыкшего к советской домашней кухне, поход в такой ресторан был словно путешествием в другие миры с незнакомыми названиями и экзотическими вкусами. Лобио, чахохбили, хачапури, шашлыки, долма, люля… Гастрономическая магия. Когда вступил в действие горбачевский «сухой закон», крепкие спиртные напитки, конечно, никуда из ресторана не исчезли. Коньяки из южных республик подавали в чайничках под видом чая, а водку – в бутылках из-под «Боржоми», но с надорванной в углу этикеткой. Так и стояли рядом на столах по две бутылки: в одной есть пузырьки, в другой – нет.

Свидетель: я ходил с отцом в ресторан «Арагви»

Зал ресторан «Арагви». Фото: Галина Кмит/РИА Новости

«Наш» подвальный зал ресторана украшали панно – красочный рассказ о том, как хорошо в стране советской жить, особенно в Грузии, особенно крестьянином. Статная чернявая девица легко несет на плече огромную корзину с виноградом, усатый красавец ведет барашка, который скоро станет моим люля. За их спинами – пейзажи: горы, море, цветущие сады, виноградники. Отец заболтается с соседом по столу, а я смотрю на панно на стене и мысленно отправляюсь в путешествие. В то время соседями по столу могли оказаться совершенно незнакомые люди, которые после бутылки-другой «Киндзмараули» становились добрыми друзьями. К примеру, однажды за наш столик посадили двух уже изрядно поддатых философов, и нам с папой ничего не оставалось, как включиться в их эмоциональный диспут.

«Арагви» в течение нескольких лет был нашим с папой «мужским клубом». В выходной мы подолгу гуляли по городу, могли зайти в музей или на выставку, но отец прокладывал маршрут так, чтобы к обеду непременно оказаться на Советской (ныне – Тверской) площади. Мама тоже бывала в этом ресторане, но намного реже. Он закрылся в 90-е, и мы все ждали, что он откроется. Когда это случилось, я повел туда маму и супругу. Чуда, увы, не произошло, под старой вывеской оказалось новое заведение, совсем не похожее на то, что осталось в нашей памяти.

Фото обложки: Фред Гринберг/РИА Новости