В Музее Москвы открылась выставка «Вечерняя Москва», где главные экспонаты – сцены-инсталляции, рассказывающие, чем занимались горожане после заката в разные эпохи. В начале XIX века мужчины в черных смокингах играли в карты за ломберным столом, а в 1950-е все соседи собирались вместе у единственного телевизора с линзой. Автор экскурсионного проекта «МосПешком», младший научный сотрудник музея Павел Гнилорыбов выбрал для нас пять самых интересных инсталляций.Мужские клубы и дамские игры начала XIX века
В Москве существовали немецкий и английский клубы, а вот французского – не было, несмотря на то, что этот язык в то время знали все. Членство было платным, ежегодный взнос равнялся среднему жалованию рабочего за год. Были места, где за каждого приведенного гостя «отвечали деньгами»: если он напился, набил посуды, платил тот, кто его привел. Клуб – это коворкинг, салон, технопарк и ассамблея. Здесь договаривались о текущих делах, слушали музыку, ужинали (у любого уважающего себя клуба был повар), читали книги и, конечно же, играли в карты за ломберным столом.
У дам было свое развлечение – игра во «Флирт», которая во время встреч и балов помогала им признаваться в чувствах мужчине без слов. «Флирт» – это язык цветов: например, мимоза – ревность, роза – любовь, а ромашка – сомнение. И таких определений было около трехсот. Каждый цветок – немой сигнал, призыв к действию. Ведь если рядом муж, а флиртовать очень хочется, язык цветов – единственная возможность что-то сказать кавалеру. Получалась изысканная и галантная попытка супружеской измены.
Московские чаепития конца XIX века
Чаепитие появилось в тех районах, где жизнь была размеренной – в Замоскворечье. У купцов и купчих была масса свободного времени, поэтому они постоянно чаевничали. Московская вечерняя норма – от 12 до 30 чашек. Чай был качественный, поскольку доставляли его в Москву из Китая по суше. В Питере он был дрянной: его также везли из Китая, но через весь свет на корабле. Часто правила хранения продуктов не соблюдались: вместе лежали солонина, мыло, и чай моментально впитывал все запахи.
Зимой в трактирах вместе с чаем сразу приносили полотенце: им вытирали обильный пот с лица. Ведь приходили с мороза, горячего чая пили много, а шуб не снимали. Также было классное понятие – угрызеньице. Это маленький комплимент на чайных блюдцах: конфеты, орехи, сахар. У московских купчих к 30 годам зубы были черные, потому что они только и делали, что чаи гоняли да ели угрызеньица. Среднестатистический москвич знал не меньше пяти сортов чая. Пили его все, даже рабочие и студенты, но они покупали самый дешевый – спрессованный. Это был очень жидкий чай, даже шутили, что через него всю Москву видно. Но все равно его заваривали по несколько раз.
Кабаре начала XX века
В 1910-е Москва начала привыкать к ночной жизни (раньше была вечерняя). Изменения связаны с тем, что в конце XIX века в московской богеме появляются выходцы из третьего сословия: простые люди начинают получать высшее образование. Им не нужны были чаепития, они хотели танцевать до утра. Например, в городе был театр-кабаре с легендарной постановкой «Летучая мышь» 1916 года. Представление начиналось в 21:00, а к полуночи все разъезжались по ресторанам. Гуляки очень любили центр Москвы, особенно Тверской бульвар, где стояли ночные бабочки. Так что Москва перестала спать примерно в 1916-м.
Советские «салоны» 50-х годов
После войны московский вечер стал определяющим явлением жизни города: все соседи собирались во дворе на лавочках и болтали. Телевизор стал первой вещью, которая затащила людей домой. Причем у одного ящика с линзой собирался сразу весь двор: приходили соседи, несли с собой стулья, чай, конфеты. Кстати, смотрели в основном спортивные программы. Такие посиделки – своего рода салон только с поправкой на послевоенную бедность. Период «вечера у телевизора» был недолгий: с 1945 по 1955 годы, так как в 60-х телевизор появился в каждой квартире.
60-е в парке
В «Сокольниках» еще в конце XIX века подрезали кусты, чтобы за ними не могли прятаться жулики, а до 1921 года на месте Парка Горького была свалка. Но после войны, когда жизнь стала налаживаться, а милиция – нормально работать, в парках появились эстрады (деревянные ракушки), где читали лекции и выступали музыканты. Именно здесь в 1960-е годы москвичи стали проводить свой досуг. Кстати, в Саду имени Баумана эстраду до сих пор можно найти. Если смотреть фильмы 70-80-х годов, то она будет пустой, покореженной, а половина кресел разбита. В то время они стали ненужными, но сейчас мы их заново переосмысляем.
Выставка работает до 20 мартаКсения Сергиенко