Музей «Гараж» все лето показывает неофициальное советское искусство 1980-х. Рассказываем, как настроиться на его частоту, отталкиваясь от работ группы «Среднерусская возвышенность» и Николы Овчинникова.«Гараж» не зря предлагает посетителям настроиться на частоту 1980-х. Казалось бы, само искусство — перед глазами, но, чтобы уловить специфический вайб десятилетия, ручку настройки надо постоянно подкручивать, иначе изображение грозит пойти цифровой рябью, что и отражено в афише проекта.
Создававшееся тогда искусство не признавало никаких ограничений: выставки проходили в заброшках и общественных банях, мимикрировали под музыкальные концерты и показы мод, зрителю могли предложить полюбоваться дырой в стене или исполнить роль курицы-наседки.
Отсутствие у художника академического образования и профессионального опыта не только не служило препятствием для входа в мир искусства, но и добавляло произведениям очарования.
Акция Геннадия Донского, Михаила Рошаля-Федорова и Виктора Скерсиса «Высиживание духа» на открытии Выставки произведений московских художников в павильоне «Дом культуры» на ВДНХ. 1975. Фото: Игорь Пальмин. Фонд Игоря Пальмина, архив Музея современного искусства «Гараж», Москва
Проект в «Гараже» реализован в формате открытого хранения, который музей развивает уже не первый год. Это не столько показ шедевров, сколько попытка передать настроение и устройство системы, в которой важную роль играли горизонтальные связи. Именно поэтому в экспозиции так много внимания уделено контексту — историческому моменту, когда неофициальное искусство постепенно выходило из подполья навстречу публике.
Лучше всего атмосферу отечественной арт-среды 1980-х передает раздел экспозиции, посвященный группе «Среднерусская возвышенность». Формально это музыкальный коллектив, а на деле — идеальный пример того, как в позднесоветской культуре стирались границы между жанрами. Художники становились музыкантами, музыканты — перформерами, а концерт легко превращался в произведение искусства.
Свою музыку сооснователи группы Свен Гундлах и Никола Овчинников называли симулятивной, в этом уже слышится фирменная ирония эпохи.
Не будучи профессиональными музыкантами, они словно играли в рок-группу. Концерты были скорее перформансами, чем музыкальными выступлениями, а внешнее разгильдяйство скрывало продуманную режиссуру. Это искусство существовало на стыке всего сразу — музыки, театра, поэзии и визуального образа.
Например, с группой в качестве приглашенного гостя иногда выступал Дмитрий Пригов, который мог неожиданно зачитать со сцены главу из пушкинского «Евгения Онегина». В другом случае солисту Свену Гундлаху из зала прямо в лицо мог прилететь торт. Так произошло в Доме моделей на Кузнецком Мосту в 1987 году. О том, как проходило это мероприятие, совмещавшее формат дефиле и арт-перформанса, в «Гараже» можно узнать по видео Сергея Борисова.
Работы Гундлаха и Овчинникова, представленные в «Гараже», в первую очередь разрушают ареол серьезного искусства. Они одновременно похожи на газетные карикатуры, детские рисунки или даже современные мемы. О влиянии школы московского концептуализма свидетельствует обилие текста, но и он тоже лишь подчеркивает иронию. Например, рядом с изображением крокодила у пальмы можно прочитать еще одну отсылку к Пушкину: транскрибированную на латиницу фразу «тиха египетская ночь». А мимикрирующая под горную вершину балалайка сопровождается разбитой на две части подписью «Шамба лалайка», очередной кивок в сторону музыкальных увлечений членов группы.
Никола Овчинников «Без названия» 1987–1988. Бумага, акрил. Предоставлено художником
На акриловом рисунке Овчинникова конца 1980-х «Без названия» уже можно увидеть образ березы, который впоследствии станет «визитной карточкой его творчества». Черно-белые стволы складываются в фантастическую вершину, подобие горного массива или пирамиды, возвышающейся под условным желтым небом. В этом образе есть и ирония, и нежность одновременно. Так работают и многие другие работы Овчинникова: они предлагают зрителю знакомые культурные символы и заставляют взглянуть на них немного иначе — с улыбкой, но без насмешки.
Этот принцип вполне можно считать ключом ко всему проекту в «Гараже». Искусство 1980-х постоянно балансировало между серьезностью и розыгрышем, между музыкой и живописью, между подпольем и большой сценой. И именно поэтому сегодня оно воспринимается таким живым: в нем по-прежнему слышна энергия людей, которые занимались искусством не по правилам, но от души.
Текст: Александр БыковскийФото: Даниил Анненков, предоставлено пресс-службой