Подкаст недели: «Дневники Лоры Палны» – истории о маньяках в рассказах двух журналистов

День и ночь, семь дней в неделю мы внимательно следим за шумным миром подкастов, чтобы помочь вам выбрать самое интересное – подкаст недели. Сегодня это true-crime-проект «Дневники Лоры Палны», который ведут журналисты Митя Лебедев и Маша Погребняк. Они находят истории серийных убийц в России и мире, а также стараются проанализировать и понять их мотивы с помощью экспертов и участников событий.

Кто такая Лора Пална?

Митя Лебедев: Надо сказать, что нас в подкаст-индустрию фактически позвали. Генеральный продюсер студии SoundStream Кристина Крыжановская, с которой мы работали над другими проектами, предложила разработать и начать вести подкаст в жанре true crime. На тот момент на русском аудиорынке похожего почти не было, и мы решили войти в неосвоенную нишу.

Лично для меня знакомство с true crime заключалось в выпусках «Криминальной России» в детстве, затем интерес к самим преступлениям сменился интересом к историям в целом и истории в частности. И идея рассказывать о тех или иных серийных убийцах в контексте времени, страны и окружения стала основной при разработке формата подкаста.

Любопытный факт: название «Дневники Лоры Палны» фактически придумала моя жена, причем совершенно случайно. Слушая радио в дороге, она услышала песню группы «Сплин» «Бериллий» и на строчке «сидеть и читать дневники Лоры Палмер» спросила, кто такая Лора Пална. А спустя пару лет после этого случая уже я предложил такую формулировку для названия.


Как Анатолий Нагиев сделал своей целью Аллу Борисовну

Маша Погребняк: Первая история, которую я рассказывала Мите, была про рабовладельца и насильника Александра Комина – маньяка из 1990-х. Там были все возможные ужасы: лестница под электрическим током, чтобы узники не сбежали, татуировки на лице, которые Комин делал своим рабыням. И вроде бы я все это пережила, когда готовилась, но периодически во время записи на меня накатывал ужас. Хотя я стараюсь работать со всей фактурой безоценочно, на расстоянии – как журналист. Поначалу абстрагироваться не получалось, но потом стало проще.

Митя Лебедев: Мы рассказываем о маньяках и серийных убийцах, рассуждая об их мотивах. Нас часто просят сделать выпуск про Чикатило, битцевского маньяка, Зодиака, Джека Потрошителя и прочих известных преступников. Вполне возможно, что мы будем говорить и про них – но не сейчас, потому что в настоящий момент «Дневники Лоры Палны» делают упор на не столь широко известные истории.

Лично мне интересно анализировать все, что окружает сами преступления. Причем наибольший интерес вызывают случаи, выделяющиеся среди других: по мотивам, по почерку, по историческому контексту и так далее. Например, американский маньяк BTK активно переписывался с полицией, Анатолий Нагиев сделал своей основной целью Аллу Борисовну Пугачеву, а индонезийский шаман Ахмад Сураджи убивал, чтобы обрести магическое могущество.


Не просто рассказать про очередного извращенца

Митя Лебедев: Так как мы записываем по два эпизода за раз (для первого выпуска один ведущий рассказывает историю, другой слушает, а для второго – наоборот), выпуск со мной в качестве полноценного рассказчика и ведущего вышел не сразу, я был на вспомогательной должности. И в первую волну пришлось выслушать целый ряд комментариев из серии «А зачем там вообще второй ведущий?». Уже после аудитории стал понятен наш формат поочередного рассказа, и все улеглось.

А в целом после записи первого эпизода чувствовалось эмоциональное опустошение – и не от самого легкого контента, и просто от новизны работы. До сих пор преследует небольшой мандраж перед записью, но это быстро проходит, сразу после первого слова, сказанного в микрофон.

После небольшого вступления я люблю погрузить слушателя в атмосферу преступления. Место, время, декорации, главные действующие лица и трагедия. Все это дополняется великолепным оформлением нашего звукорежиссера Евгения Дударя. После того как слушатель буквально стал свидетелем, мы рассказываем биографию главного героя, выстраиваем хронологию его преступлений, приводим историю к логичному концу (обнаружению, поимке и наказанию), а затем кратко обсуждаем влияние этих событий на мир, подводим итоги и делаем выводы. В сложных случаях и в конце тяжелых историй мы просто оставляем наших слушателей наедине с их мыслями – это тоже полезно.

Маша Погребняк: Мне важно не просто рассказать про очередного извращенца, а еще охватить социальные проблемы, расширить тему, чтобы можно было порассуждать об обществе, о том, что в нем происходило в то или иное время. Я занимаюсь советскими, постсоветскими и российскими серийными убийцами. Контекст преступлений всегда важен и отчасти отражает то, что происходило и происходит в нашей стране, в том числе по части расследования уголовных преступлений. Сколько дел часто спускали на тормозах, скольких невинных людей посадили. Очень часто похожие преступления не могли объединить в серию, и маньяк оставался безнаказанным десятки лет. И конечно, я периодически читаю о том, как правоохранители давят на людей, чтобы те признались в том, чего не совершали.


Трумен Капоте, очищение адреналином и true crime

Маша Погребняк: Что касается самого резонансного выпуска, наверное, это был эпизод про Анатолия Сливко, советского учителя и основателя турклуба в Невинномысске. Сливко был мастером двойной жизни: казалось, что он образцовый гражданин СССР, член партии, ударник труда – а на самом деле извращенец и педофил. Такие контрасты всегда потрясают.

Митя Лебедев: Любовь к маньякам живет далеко не только у наших сограждан. Например, в США формат true crime невероятно популярен. Началось все с конца 1950-х, когда Трумен Капоте буквально изобрел этот жанр. В своем романе «Хладнокровное убийство» он рассказал о реальном преступлении в полухудожественной форме. Тогда это перевернуло журналистику и изменило потребителей информации: люди поняли, что настоящий криминал пугает гораздо сильнее любого вымышленного маньяка.

Мы читаем, смотрим и, конечно же, слушаем истории о серийных убийцах по разным причинам. Во-первых, нам нравится бояться, нравится щекотать нервы и вырабатывать адреналин. Во-вторых, мы любим чувствовать свое превосходство как над маньяками («я никогда не стану таким»), так и над детективами («я понял личность, мотив, образ действия преступника раньше, чем полиция»). А еще психологи считают, что, когда мы наблюдаем за чем-то ужасным, мы частично реализуем собственную агрессию, выплескиваем негативные эмоции и как бы очищаемся.

Кстати, true crime не зря имеет большую популярность у женской аудитории, ведь в этом жанре рассказывается не только о самих маньяках, но и о других важных вещах – о насилии, беззащитности, мизогинии и прочих проблемах современного общества, которые нужно обсуждать, но часто бывает не с кем. В этом контексте true crime может даже стать своеобразной терапией.


Комьюнити и интерактивная история вымышленного маньяка

Митя Лебедев: За относительно небольшое время существования нашего подкаста мы обросли небольшим, но очень дружелюбным комьюнити, которое в первую очередь сосредоточено в нашем сообществе во «ВКонтакте». Там мы публикуем не только новые выпуски (помимо крупнейших подкаст-платформ, таких как Apple Podcasts, Google Podcasts и Castbox, а также на YouTube, в мобильном приложении и на сайте Soundstream), но и пишем на темы, окружающие криминальный мир. Например, психология серийных убийц, методики следственных органов по розыску и поимке маньяков, классификации и анализ образа действия, даже просто интересные факты и новости, относящиеся к нашей тематике.

Кроме того, после первого сезона мы решили изложить наши личные взгляды на тему нашего подкаста, свои эмоции от того, чем мы занимаемся, и то, ради чего мы это делаем. Получили интересный фидбэк от подписчиков – от поддержки до советов, как справиться со стрессом после очередной истории.

Подкаст недели: «Дневники Лоры Палны» – истории о маньяках в рассказах двух журналистов

Иллюстрация: Дневники Лоры Палны/Vk

Попутно мы стараемся придумывать для наших слушателей разные конкурсы и активности. Один из главных таких проектов – интерактивная история вымышленного маньяка, которую подписчики писали вместе с нами. Мы выдавали небольшой отрывок, а затем давали несколько вариантов того, как будет развиваться история дальше. Таким образом, слушатели выбрали пол героя нашего рассказа, его мотив, место, где происходили убийства, и даже прозвище, которым маньяк представился полиции и заявил о себе. Когда же все подошло к закономерному финалу, мы попросили наших подписчиков присылать иллюстрации по мотивам нашей совместной истории – и результаты оказались весьма занятными. По крайней мере, нам точно понравилось, хотелось бы сделать что-то подобное в будущем.


«Мы говорим о пугающих вещах не замогильным голосом и не заламывая руки»

Митя Лебедев: Наверное, главное, чему научил нас 2020-й, – больше ценить жизнь. И одновременно с этим легче относиться к трудностям. Смеяться над страшным, чтобы перестать бояться и научиться преодолевать любые препятствия (хотя это, наверное, продолжается уже давно, не только в этом году).

Думаю, в этом и заключается все влияние 2020-го на наш подкаст. Мы говорим о пугающих вещах не замогильным голосом и не заламывая руки, а как можно проще, иногда разбавляя повествование шуткой (иногда неуместной и от этого даже более ценной). В таком формате страшное не просто пугает – остается пространство для мысленного маневра, для размышления, для того, чтобы сделать для себя правильный вывод. И, может быть, даже перестать бояться вовсе.

Маша Погребняк: Согласна со всем, что сказал Митя. И серийные маньяки, и коронавирус – это, конечно, разные вещи, но в каком-то смысле одинаково страшные. И надо не бояться, а как-то принять это.

Бонус. Какие англоязычные подкасты вдохновляют авторов «Дневников Лоры Палны»

Митя Лебедев: В первую очередь My Favorite Murder, который делают Карен Килгарифф и Джорджия Хардстарк. Можно сказать, что это обсуждение убийств в формате утреннего шоу – до недавнего времени очень странный для нашей аудитории жанр подкаста. Наверное, для многих он таким и остается до сих пор, судя по отрицательным отзывам и негативным комментариям.

Криминал – тема для России популярная, но табуированная, особенно если мы говорим о настоящих преступлениях. Обсуждать их открыто и не дай бог весело до сих пор считается чем-то зазорным и неприличным. Мы долго думали над «нашей ментальностью», над тем, как сильно отличается наш механизм переживания катастроф и трагедий от того же западного. И в общем поняли, что эти темы так же важны и тоже требуют раскрытия, правильного восприятия, спокойного отношения – чтобы делать выводы и даже менять свою жизнь и свое миропонимание к лучшему.

Текст: The City

15 декабря, 2020

Новости