Запрет на чаевые и вышибалы: каким запомнился «Интурист»

Лазурный берег Крыма, туристы в открытых кабриолетах среди гор Кавказа, отдыхающие санаториев в элегантных костюмах и платьях – так изображали отдых в СССР на зарубежных рекламных постерах «Интуриста». 30 таких плакатов в стиле арт-деко и русского авангарда можно увидеть на выставке в Музее Москвы. Попросили тех, кто застал работу туркомпании во времена Советского Союза, вспомнить истории о ней.

Запрет на чаевые и вышибалы: каким запомнился «Интурист»

«Санатории СССР», 1930 г., пресс-служба «Интуриста»

В экспозиции «История «Интуриста» в советском туристическом плакате» – постеры 30–70-х годов из фонда Музея Москвы и частных собраний – многие коллекционеры собирали печатную продукцию советского туроператора. За рубежом продвигали не только курорты Крыма, Краснодарского края и Кавказа, но и путешествия по Ленинграду, Москве, городам Золотого кольца, Украины и других союзных республик. Вот несколько рекламных баннеров.


У людей, заставших «Интурист», живы воспоминания и о гостиницах, и о работе организации. Собрали несколько ярких историй.

Запрет на чаевые и вышибалы: каким запомнился «Интурист»
Виктор Майклсон
Колумнист The City
«Интурист» был в советское время чем-то недостижимым, на входе в гостиницу в начале Тверской стояли важные вышибалы, предшественники современных фейсконтрольщиков. Они опытным глазом точно определяли, кто есть кто, и шансов попасть внутрь у меня не было никогда. Тем не менее здание московского «Интуриста» мне нравилось: я видел в нем отголоски манхеттенских шедевров Миса ван дер Роэ, ставшего впоследствии любимейшим моим архитектором, и мне было грустно, когда его поменяли на странноватый Карлтон.

Но все-таки удалось мне побывать в «Интуристе» и при советской власти. Мы с другом долго путешествовали по Средней Азии, и когда доехали до Самарканда, небритые, заросшие – типичные хиппи. На базаре познакомились с молодыми англичанками, погуляли, поболтали на разные темы и договорились встретиться вечером… в «Интуристе», в баре на крыше. К вечеру мы поняли, что надо прорываться. Оказалось, это не так трудно: на входе мы с другом оживленно обсуждали что-то – естественно, на английском – и провинциальные вышибалы не идентифицировали нас, пропустили спокойно. Войдя в лифт, я увидел в зеркале, что надел наизнанку оранжевую майку, которую нацепил, чтобы косить под иностранца. Неудивительно, поскольку ночевали мы в Доме колхозника, света там не было… Девушек на крыше мы не нашли, но приключение в целом удалось.

Я много раз останавливался в гостиницах «Интуриста» во время командировок в конце 90-х и начале нулевых. Как правило, это были здания 70-х годов с вышколенным персоналом и неплохими буфетами. Единственное, что доставало – это ночные звонки с предложением расслабиться. Но одна моя коллега подсказала мне, как с этим бороться: на звонок нужно отвечать с горячим интересом и затем спрашивать: «Надеюсь, это не бесплатно? А сколько мне заплатят?» Как правило, звонившие девушки тут же теряли интерес, свои вкрадчиво-мяукающие интонации и бросали трубку.


Запрет на чаевые и вышибалы: каким запомнился «Интурист»
Вера Оношко
Старший гид-переводчик «Интуриста»
Когда гидов-переводчиков принимали на постоянную работу в «Интурист», мы подписывали генеральную инструкцию. Нам предписывалось не принимать чаевые. Наверное, кто-то брал. Но коллеги могли друг на друга донести, да и всегда за тобой следили глаза водителя машины или автобуса.

Однажды я сопровождала группу с севера Италии (а я работала исключительно с итальянцами). Северяне отличаются от южан – они более замкнутые и сдержанные, всегда меня слушали в полной тишине и не проявляли эмоций. Когда настала пора провожать их в аэропорт и прощаться, они встали в круг, пригласили меня в центр и дали конверт. Я отказалась его брать – понимала, что там деньги. Тогда руководитель группы встал передо мной на колени, все начали аплодировать, а у меня сердце в пятки ушло и слезы наворачиваются. Думаю: возьму конверт, а меня арестуют (мою коллегу из-за 15 долларов посадили в колонию на три года). Гидам-переводчикам выдавали как часть профессиональной одежды универсальную модель сумки через плечо с надписью «Интурист». И руководитель этой группы в итоге положил конверт в сумку. Но ничего, никто не обратил внимание – осталась жива.

А когда я была еще студенткой и работала временным переводчиком в «Интуристе», какая-то группа прислала мне огромный груз в аэропорт. Мне там говорят: «На имя пришел груз 19 килограммов из Италии. Подпишите бумагу, что отказываетесь от него». Я подписала. Даже не знаю, что там было.


Музей Москвы,
Зубовский бульвар, 2
Выставка работает до 19 мая
Билеты: от 200 рублей

Виктор Майклсон

24 апреля