После революции императорская семья лишилась дворцов, состояния и прежней жизни. Но перед отправкой в ссылку Романовы успели спрятать часть своих драгоценностей — и судьба некоторых сокровищ до сих пор остается загадкой. Публикуем отрывок из книги Аны Трио «Украденные шедевры. Как великие произведения искусства стали добычей воров, армий, мафии и коллекционеров», которая
вышла в издательстве «Альпина Паблишер».
В этой главе мы поговорим об исчезновении последних драгоценностей Романовых и о таинственном поезде с баснословным грузом, а также о других загадках, порожденных гибелью династии, — загадках, которые по сей день остаются неразгаданными.
Когда в 1914 г. Николай II, последний российский император, вступил в Первую мировую войну, он возглавлял богатейшую династию мира.
За три столетия царствования над одной шестой частью земной суши Романовы накопили состояние, эквивалентное сегодня примерно 80 млрд долларов. Однако всего через несколько лет вся эта роскошь перестанет им принадлежать: счета и имущество конфискуют, привилегии упразднят. Отрезанные от мира, разлученные с родными и друзьями, они будут вынуждены покинуть дворцы и оставить все, чем владели. В последние дни рядом с ними останутся лишь несколько человек из свиты — и за свою преданность заплатят страшную цену. И все же Романовы не теряли надежды. Они верили, что побег возможен, что еще не все потеряно. Именно эта вера заставила их взять с собой небольшое сокровище — то, что позволило бы начать новую жизнь вдали от большевистского террора.
Все началось 2 марта 1917 г., когда Николай II был вынужден отречься от престола в пользу брата — великого князя Михаила Александровича. Тот отказался принять корону. Так в считаные часы российская монархия прекратила существование. Царскую семью заключили под стражу в Александровском дворце в Царском Селе. Потянулись дни ожидания и неизвестности, нарастало ощущение нереальности происходящего. Они занимались обустройством огорода, старались сохранить учебный распорядок детей, праздновали Пасху с освященным куличом — и все это под неусыпным надзором вооруженной охраны, под аккомпанемент все более тревожных слухов.
В конце июля ситуация изменилась: Временное правительство Керенского распорядилось перевезти семью в Сибирь. Романовы собрались в просторном полукруглом вестибюле дворца в ожидании автомобилей, которые должны были доставить их на императорскую железнодорожную станцию. Там их ждал поезд под флагом и с опознавательными знаками японского отделения Красного Креста.
Они прождали всю ночь — в нарастающей тревоге — примерно до пяти утра. Вместе с ними отправились 42 преданных друга и слуги, многим из которых суждено было погибнуть, а также 50 больших ящиков с одеждой, книгами, домашней утварью, лекарствами, фарфором, хрусталем, серебряной и золотой посудой. Кроме того, с собой везли огромное количество драгоценностей — придворных, личных украшений императрицы и четырех юных княжон, — а также церемониальные шпаги и всевозможные безделушки. Воспитатель царских детей англичанин Сидни Гиббс подсчитал, что стоимость одних только драгоценностей значительно превышала миллион рублей. Впрочем, его оценка оказалась заниженной: в 1917 г. Их реальная стоимость составляла 2,8 млн рублей — по сегодняшнему курсу около 15,7 млн евро.
6 августа они прибыли в Тобольск и разместились в бывшем губернаторском доме — скромном, но вполне достойном особняке с видом на Иртыш. Поначалу казалось, что здесь можно перевести дух. Пленникам дозволялось гулять по саду, читать, молиться — словом, сохранять хотя бы видимость нормальной жизни.
Однако с приходом зимы условия стали ужесточаться: еды не хватало, привилегии таяли одна за другой, а ответы на письма, которые они отправляли, приходили лишь изредка.
Тогда‐то они и осознали, что пути назад нет. Обещания отъезда в ссылку становились все призрачнее, а внешний мир, — если он еще помнил о них, — уже не мог до них добраться. И вот, в стенах этого старинного дома, пока река сковывалась льдом, а дни делались все короче, Романовы начали молча готовиться к худшему.
Именно в Тобольске они в полной мере осознали, насколько отчаянно их положение. Кузены — английский король Георг V и его супруга королева Мария — в конце концов отказали им в убежище.
Бежать было некуда, связь с немногочисленными союзниками оборвалась. Романовы понимали: рассчитывать можно только на себя. Им нужно было выбраться живыми из России, затянутой в водоворот временных правительств и борьбы за власть. Когда поползли слухи о новом этапе — на сей раз в место куда более страшное, — они поняли: медлить нельзя. Нужно было спасти единственное, что у них оставалось, — драгоценности. Тогда и родился план: вшить в подкладку корсетов и нижнего белья княжон как можно больше камней, чтобы охрана ничего не заметила. Но ведь было и другое — все украшения, упакованные еще в Александровском дворце: броши, диадемы, ожерелья, браслеты, серьги... Правительство могло конфисковать их в любую минуту, а надежного тайника не было. Что же с ними делать?
В отчаянии императрица Александра нашла выход. Неподалеку от их тобольского дома располагался Ивановский монастырь — небольшая женская обитель. Монахини иногда приносили узникам свежие яйца и молоко, хотя охрана почти всегда все отбирала. Больше обратиться было не к кому, и Романовы решили довериться им. Они попросили одного из самых преданных слуг — Чемодурова, камердинера Николая II, — передать настоятельнице небольшой ларец со 154 ювелирными изделиями. Тот выполнил поручение, и с тех пор эта часть сокровища хранилась в монастыре в ожидании возвращения хозяев. После смерти настоятельницы — много позже гибели Романовых — ларец вместе с тайной перешел к ее преемнице, Марфе Ужинцевой.
Этот ларец был не единственным сокровищем, которое Романовы оставили в Тобольске в надежде когда-нибудь за ним вернуться.
По свидетельству одного из слуг, священник Алексей Васильев получил на хранение кожаный саквояж с диадемами императрицы и ее дочерей. Кроме того, семье удалось переправить третью партию драгоценностей в Омск.
Из трех частей романовского сокровища на свет вышла лишь одна. В 1923 г., когда имущество монастырей было конфисковано, Ивановскую обитель закрыли. Настоятельница успела передать ларец близкому другу, Василию Михайловичу Корнилову, и тот хранил тайну 10 лет. Однако в 1933 г. власти вышли на его след. Под пытками Корнилов выдал местонахождение Драгоценностей.
Так советское правительство вернуло 154 предмета: пять великолепных диадем, броши, серьги, ожерелья из золота и платины — все с камнями высшего качества. Драгоценности пополнили государственную казну, а дело скрыли под грифом «совершенно секретно» в архивах контрразведки. Рассекречено оно было лишь в 1996 г. О судьбе же саквояжа, доверенного отцу Алексею, и партии, отправленной в Омск, по сей день ничего не известно. Эти две части романовского сокровища так и не найдены — что,
впрочем, неудивительно. Памятуя о судьбе несчастного Корнилова, хранители тайников наверняка сделали все, чтобы их секреты никогда не всплыли на поверхность.
Впрочем, драгоценности, которые императрица Александра торопливо прятала в последние дни в Тобольске, составляли лишь малую толику утраченных богатств. В 1918 г. ходили слухи о целом поезде, груженном золотыми слитками. До Первой мировой Россия располагала третьим по величине золотым запасом в мире, уступая лишь Соединенным Штатам и Франции. С началом войны сторонники царя — Белая армия — решили вывезти почти 500 тонн золота из столицы. Петербург казался им слишком близким к западным рубежам, и драгоценный груз отправили в Казань.
Фото: сгенерировано с помощью Recraft.ai