Кино vs нейросети: правда ли, что ИИ скоро заменит нам фильмы и сериалы? Рассуждает кинокритик

В 2026 году пользователи по всему миру вдруг начали «переснимать» Голливуд — создавать ИИ-ролики, которые мало чем отличаются от настоящего кино. Голливуд занервничал, подал иски против компаний и потребовал все это прекратить. В Сети заговорили о конце киноиндустрии. Неужели кинематограф и правда умирает под гнетом умных нейросетевых машин? Кинокритик Иван Афанасьев объясняет, почему кино хоронят уже больше века — и почему оно всякий раз выживает (и выживет в этот раз).

Промпт, референсы — и кино готово

В начале февраля 2026 года интернет взорвался из-за серии коротких видео, в которых, например, Брэд Питт и Том Круз дерутся — жестко, кинематографично, с правильным светом и убедительной физикой удара. И не просто дерутся — они еще и разговаривают друг с другом своими настоящими голосами! В другом ролике переснята культовая сцена из «Звездных войн». А еще в одном Гарри Поттер проигрывает в шахматы дементору. Все это выглядит как фрагменты голливудских блокбастеров. Но никакой съемочной группы не было, равно как и актеров. Только текстовый промпт и нейросеть Seedance 2.0 от ByteDance — той самой компании, которой принадлежит TikTok.

Seedance умеет генерировать видео до 15 секунд в разрешении 2K по текстовому описанию или набору референсов — картинок, фрагментов видео, аудио. Принципиальное отличие от предыдущих моделей в том, что здесь практически нет «пластилинового» эффекта за счет того, что искин (ИСКусственный ИНтеллект) учитывает физику тела и другие параметры. Благодаря этому лица на экране сохраняют черты в динамике, движения создаются в соответствии со всеми правилами геометрии и биологии, а свет просчитывается как на настоящей площадке.

Отличить такое видео от реальной съемки становится по-настоящему сложно. Именно поэтому ролики мгновенно стали вирусными, а Голливуд почти сразу отреагировал, причем жестко и бескомпромиссно. Disney и Paramount подали иски, Ассоциация кинокомпаний США обвинила ByteDance в массовом нарушении авторских прав, профсоюз актеров SAG-AFTRA заявил, что инструмент позволяет использовать голоса и внешность людей без их согласия. Японское правительство и вовсе запустило отдельное расследование из-за аниме-персонажей. ByteDance в ответ пообещала что-то там улучшить — пока без подробностей.

---

Для Голливуда, похоже, все кончено

Сценарист «Дэдпула» Ретт Риз, увидев ролик с Питтом и Крузом, написал в соцсетях, что «для Голливуда, похоже, все кончено». Фраза разлетелась по медиа как пожар. Это, конечно, эмоциональная гипербола, но тревога за ней вполне реальная.

Китайский режиссер Цзя Чжанкэ и вовсе успел при помощи нейросетей сделать пятиминутный фильм, в котором он и его гипотетический двойник обсуждают, что ждет мир с приходом ИИ в нашу жизнь.

Кино хоронят примерно с тех пор, как оно появилось. Буквально: озвучка в 1920-х воспринималась частью публики и критиков как катастрофа — конец выразительности, смерть визуального языка, упрощение и дальше по списку. Потом пришло телевидение, и все были уверены, что кинотеатры умрут. В 1980-е видеомагнитофоны и дешевые VHS-носители поставили финальную точку — теперь можно смотреть вообще все что угодно, когда угодно, без покупки билетов и высиживания перед экраном в ожидании любимого фильма. В 1990-е доступные видеокамеры породили новую фобию: если снимать может каждый, ценность профессионального кино обнулится. YouTube в середине 2000-х обещал окончательно убить «длинный формат» — зачем нужны два часа, если есть три минуты? Когда появился TikTok, заговорили о клиповом мышлении, мол, новое поколение физически не способно воспринимать сюжеты длиннее минуты, значит, все, кино умирает. Наконец, новейшие видеоигры — когда графика в них стала настолько кинематографичной, что граница между рендером и реальным изображением почти исчезла, снова зазвучал вопрос: а зачем тогда кино? Просто включите летсплей какого-нибудь Alan Wake 2 и убедитесь.

И каждый раз кино не просто выживало — оно адаптировалось, впитывало новый инструментарий и двигалось дальше. Телевидение не убило кинотеатры — оно создало сериалы, которые сейчас превратились в отдельную отрасль. Видеокассеты не уничтожили прокат — они открыли вторую жизнь для фильмов, которые провалились в кинотеатрах. Видеосервисы не убили длинный формат — они его демократизировали (можно сказать, что это новое ТВ). И нейросети, скорее всего, повторят тот же путь.

---

Поиск сюжетных дыр, возрождение актеров и массовка — очевидные плюсы ИИ в кино

ИИ в кино уже давно не фантастика, а рабочая среда. Омоложение актеров, которое раньше требовало армии специалистов и месяцев работы, сейчас делается за сутки, а то и за часы, если не минуты. Воссоздание умерших артистов — юридически и этически сложная история, но технически она уже решена: индустрия активно обсуждает протоколы и договоры с наследниками, осталось лишь попытаться преодолеть эффект «зловещей долины».

Генерация массовки, которая прежде означала сотни людей на площадке, теперь частично уходит в нейросетевой бэкграунд — незаметно для зрителя и ощутимо для бюджета.

Режиссеры получают черновик монтажа быстрее. Художники по визуальным эффектам тратят меньше времени на повторяющиеся задачи. Сценаристы используют языковые модели как интеллектуальный блокнот — проверить логику, накидать варианты диалога, найти сюжетные дыры.

Это инструменты — очень мощные, местами пугающие, но инструменты. Камера тоже была инструментом, который в свое время казался угрозой живописи. Живопись никуда не делась. Книги, кстати, вообще существуют со времен Александрийской библиотеки как минимум.

---

Вердикт нейросеткам и любовь к «живому»

Бояться стоит другого — и эта тревога более обоснована. ИИ действительно может ударить по конкретным профессиям внутри индустрии: по актерам второго и третьего плана, чью внешность могут использовать без согласия. По аниматорам, чья работа автоматизируется быстрее всего. По художникам-постановщикам, которых просят «набросать варианты через нейросеть». Конфликт вокруг Seedance — в значительной мере именно этот страх, а не страх перед концом кино как такового. Когда актерский профсоюз SAG-AFTRA говорит об угрозе, имеются в виду конкретные люди с конкретными профессиями, а не абстрактный кинематограф. Здесь нужны договоры, законы и этические рамки, а не паника.

Что же касается самого главного вопроса — может ли ИИ заменить кино целиком, — ответ, как ни странно, становится очевиднее именно сейчас, в эпоху так называемого нейрослопа. Это слово появилось совсем недавно и описывает лавину безликого, технически безупречного, но абсолютно пустого контента, который генерируют нейросети в промышленных масштабах. Картинки без авторства, голоса несуществующих людей, видео с несуществующими людьми… На этом фоне пометка «сделано человеком» превращается в знак качества — не в смысле технического совершенства, а в смысле, простите, смысла. Зритель хочет знать, что за камерой стоял человек с биографией, болью, точкой зрения и правом на ошибку. Что актер в кадре живет, а не генерируется. Что случайность, которая делает сцену живой, произошла на настоящей площадке.

Думается, любой актер ответит вам — и будет, скорее всего, прав, — что никакой ИИ не заменит старую добрую школу Станиславского, пока машины не научатся чувствовать. А научить их чувствовать невозможно (см. знаменитый мысленный эксперимент с «китайской комнатой»). Ну а если они гипотетически сами научатся, тогда смерть кино станет для нас далеко не первоочередной проблемой. Но не переживайте — не научатся, потому что машины всегда действуют по инструкциям. Мы же с вами безо всяких инструкций способны определить продукт ИИ от того, что сделано человеком, как минимум путем простых измышлений: Том Круз и Брэд Питт никогда не снимались в боевике вместе — и точка. Это вам скажет любая нейросеть!

Таков парадокс: чем убедительнее становится ИИ-кино, тем ценнее становится кино «живое». Это работает как с виниловыми пластинками в эпоху стриминга или с рукописными письмами в эпоху мессенджеров.

Иван Афанасьев