«Трудно быть богом»: рецензия кинокритика на новую экранизацию Стругацких

На стримингах вышел сериал «Трудно быть богом» — новинка по мотивам знаменитой книги братьев Стругацких. История о землянине Антоне, который под видом дона Руматы высаживается на планете Кеплер-4077, снята в духе «Игры престолов» и «Дюны» и блещет звездным актерским составом: Сергей Безруков, Никита Кологривый, Федор Бондарчук, Виктория Исакова и другие. Кинокритик Иван Афанасьев объясняет, почему у создателей скорее не получилось сделать хорошую экранизацию и чем сериал все равно увлекает.

Кто пытался снять шедевр до Дмитрия Тюрина и чем это закончилось

Кадр из фильма «Трудно быть богом», режиссер Петер Фляйшман

Сперва немного истории. В первый раз легендарную уже тогда книгу Стругацких экранизировали в 1989-м — это была попытка в германо-советское производство, но получившийся фильм вышел крайне вольным и самим писателям не понравился. Забавно, что режиссером хотели сделать Алексея Германа, но в итоге утвердили немца Петера Фляйшмана; сценарий, кстати, писал не абы кто, а лауреат «Оскара» Жан-Клод Каррьер, автор знаменитого «Бассейна» с Аленом Делоном. В итоге Герман вернулся-таки к проекту, но уже в современной России, потратил на него больше десяти лет жизни и выпустил в 2013-м — последний фильм советского гения, который одни считают едва ли не лучшим в карьере режиссера, а другие на дух не переносят. И вот спустя 13 лет — сериал. Было бы красиво, если бы режиссером выступил Алексей Герман — младший, но вместо этого продюсер Федор Бондарчук привлек режиссера «Триггера» Дмитрия Тюрина. Так что же в итоге получилось?

Каким вышел новый сериал

XXII век. На операционном столе умирает безымянный наблюдатель, сыгранный Леонидом Ярмольником — тем, что играл дона Румату у Германа. Символичное прощание с предыдущей версией — и, как выяснится дальше, по сути, манифест. Итак, земляне из некоего Института, высадившись на планете Кеплер-4077, работают под прикрытием: спасают ученых, поэтов и вообще всех, у кого есть хоть какая-то голова на плечах, от серых штурмовиков дона Рэбы в мрачном городе Арканар. Молодой историк Антон (сербский актер Александар Радойичич) прибывает на планету под легендой аристократа дона Руматы — неопытным, горячим, с личной причиной для командировки, о которой руководство не догадывается. Его наставник и напарник дон Кондор (Сергей Безруков) — умудренный, циничный человек, которого уже ничто не удивляет. Вместе они немедленно начинают нарушать все правила, установленные в кодексе наблюдателей.

Кадр из сериала «Трудно быть богом», режиссер Дмитрий Тюрин

Стоит сразу сказать, что от повести здесь сохранены фабула, имена и общий сюжетный контур. Остальное — авторское, и перемен много. Будах, которого Румата разыскивает, из арканарского мудреца превратился в землянина и отца главного героя — прием надежный: личная мотивация всегда работает убедительнее абстрактного долга перед неким историческим прогрессом. Кира из проходного образа выросла в полноценного персонажа, дон Кондор из второстепенного героя — в полноправного участника сюжета, что вообще-то вполне изящное решение. Внутренний конфликт книжного Руматы, разрывавшегося между верой в перемены и пониманием бессмысленности попыток, здесь вынесен вовне: Антон — идеалист, Кондор — человек, который давно разочаровался. Сложнее пока с линией людей на орбитальной станции, которая существует как будто в параллельной истории, и не слишком понятно, она зачем вписана в основной сюжет. Впрочем, впереди еще более половины сериала.

Кадр из сериала «Трудно быть богом», режиссер Дмитрий Тюрин

Арканар здесь — пыльный, охристый, по-хорошему душный. Глинобитные башни, рыночные площади в сухом, затхлом свете, кованые решетки, толпы в средневековых одеждах. Во время очередного затмения мир окрашивается в кровавые тона — и это, черт возьми, красиво, будто снимали экранизацию видеоигры Bloodborne. Никакой брейгелевской грязи и физиологии, как это было у Германа-старшего, — скорее ориентальное темное фэнтези с бюджетом, достаточным, чтобы все выглядело убедительно (продакшен тут действительно на высоте). Вообще, сравнивать с Германом новый сериал примерно так же уместно, как сравнивать «Апокалипсис сегодня» со «Взводом»: вроде тема та же, но подана совсем по-другому.

Какие западные хиты цитирует новый российский сериал

Кадр из сериала «Игра престолов», режиссеры Д. Наттер, А. Тейлор, А. Грейвз и другие

Жанровый ориентир угадывается без труда — это, конечно же, «Игра престолов»: дворцовые интриги, множество персонажей с пересекающимися интересами, король с ненадежным наследником, куртизанка со своим царем в голове, несколько заговоров одновременно. В какой-то момент появляется сцена поединка, и это, конечно, «Дюна» — авторы, кажется, даже и не пытаются скрывать свои источники вдохновения. Временам чувствуется некоторая вторичность, но сериал при этом не рассыпается: история цельная, герои запоминаются, сюжет держится без провалов в темпоритме. Для российского сериала с претензией на масштаб — уже немало.

Кадр из сериала «Трудно быть богом», режиссер Дмитрий Тюрин

Опять-таки вывозят актеры. Радойичич — неожиданный, но крайне оправданный выбор: есть в нем что-то, что держит внимание, особенно в сценах, где требуется действие, а не рефлексия; мимика у него бедновата, но тут как будто и нужен в первую очередь фактурный, внешне убедительный артист. Безруков берет на себя внутренний конфликт, который у Стругацких был прописан как монолог Руматы, и это работает, хотя временами и неизбежно перетягивает одеяло на Кондора. Кологривый в роли барона Пампы совсем не книжный добродушный великан, а взрывной задира, которых обычно Никита и играет. Удивительно, но в этом конкретном Арканаре все смотрится органично — именно такой Пампа нужен именно этому сериалу. Но лучшее кастинговое решение — Федор Лавров в роли Рэбы: страшен именно отсутствием ярко выраженного злодейства, «никакой» человек, как и должно быть по книге. Очень тонкая, сыгранная на полутонах роль.

Вердикт

Кадр из сериала «Трудно быть богом», режиссер Дмитрий Тюрин

Главная же проблема сериала, которая, увы, никуда не девается, не в том, что он уходит от первоисточника — это как раз нормально. Проблема в другом: идеи Стругацких — о тщетности прогресса перед лицом массового невежества, о трагедии интеллигенции, взятой в заложники безмозглой варварской массой, — иногда пробиваются на поверхность и тут же тонут в очередной эффектной драке. Арканар должен ощущаться как место, где задыхаешься, где победа серости — не метафора, а физическое состояние мира. Здесь он красивый, пышный, декадентский. Реплики про торжество посредственности звучат строго по расписанию, однако вокруг слишком живописно, слишком аккуратно, чтобы в них верить по-настоящему. Слова расходятся с картинкой, и это не проблема отдельной сцены, а выбор авторов: сделать не мрачное темное фэнтези, как было у Германа (который, справедливости ради, тоже с книгой обращался крайне вольно), а такой, простите за каламбур, яркий и сочный «мрак».

Но окей, пусть так. Настоящий Арканар — удушающий, вязкий, захлебывающийся в нечистотах — уже был, и большинство зрителей его так и не приняли (трудно их осуждать за это). Снять новую версию с той же интонацией значило бы заранее промазать мимо потенциальной аудитории. Тюрин и Ко сделали ставку на зрительское кино — и пока выигрывают на этом поле: смотреть сериал, что уж там, интересно. Для российской фантастики — однозначный шаг вперед.

Иван Афанасьев