«Буду делать тебя звездой»: спектакль о харрасменте в театре и кино

В спектакле «Буду делать тебя звездой» актрисы рассказывают реальные истории домогательств режиссеров и продюсеров. Но это не чисто документальный проект – используются фрагменты пьесы о феминизме «Слушай, я умираю» французского режиссера Антона Бонничи. Журналист и режиссер Елена Смородинова рассказала о том, как она решила сделать постановку и почему тема харрасмента всегда актуальна.

Елена Смородинова. Фото: Tom Va

Об идее спектакля

Я познакомилась с актрисой Екатериной Дар, она играла одну из ролей в моем эскизе в лаборатории BlackBox в Центре имени Мейерхольда – тот конкурс экспериментальных проектов мы, кстати, выиграли. Через какое-то время Катя на съемках в Париже познакомилась с Антоном Бонничи. Его назвали в честь Чехова, поэтому он мечтал приехать в Москву и поработать с российскими актерами. Катя предложила мне сделать лабораторию – пригласить Антона и его актрису-соратницу Луиз Деньер, обменяться опытом и поработать над пьесой Антона «Слушай, я умираю» (Listen, I am dying). Примерно в то же время Антон познакомился в Париже с актрисой Юлей Хамитовой – она приезжала туда со спектаклем «Прикасаемые». Юля с Антоном сделали кастинг, мы с Катей договорились с галереей на Солянке показать результат нашей лаборатории на зрителя. Сначала никто не думал, что лаборатория будет иметь продолжение и появится спектакль.

На одной из репетиций я решила показать Антону технику вербатим. Мы стали общаться с актрисами, и первая же рассказала, как ее на первом курсе изнасиловал продюсер. Смешная и немного от ума французская пьеса про феминизм стала толчком для совсем несмешных разговоров о российском театре и кино. Мы решили, что не можем это игнорировать. Оказалось, что зритель тоже считает наш разговор важным: в галерее на Солянке на показе эскиза был невероятный аншлаг. Стало понятно, что надо продолжать. Так и появилась идея #будуделатьтебязвездой (это цитата как раз из того вербатима девушки, которую изнасиловал продюсер).


С Антоном Бонничи мы договорились, что эскиз – наше совместное творчество, а дальше он выпускает парижскую версию такой, как считает нужным, а я – московскую. Поэтому во французской версии нет никакого дока. Это принципиально разные спектакли, но в обоих есть пьеса Антона «Listen, I Am Dying». И еще есть четыре актрисы, которые играют и там, и там – это Екатерина Дар, Юлия Хамитова, Евгения Миляева и Анастасия Попкова. Кстати, в Париже они играют и на английском, и на французском. Марина Бойко, Мария Денкова и Анна Некрасова участвовали в лаборатории. Марина Панферова, Анна Небо и Мария Шляпина пришли уже в #будуделатьтебязвездой.

О важном эффекте постановки

Это удивительно, но мне кажется, что этим спектаклем я делаю то, что не смогла сделать в журналистике.

Самый главный эффект для меня в том, что, например, одна из актрис, которая год назад на лаборатории говорила: «Можно я буду говорить любой другой монолог, только не свой», на репетициях сейчас подошла и сказала: «Лена, а можно я буду говорить свой текст». Многие привели на спектакль своих родителей и мужчин, и они поблагодарили нас за этот разговор. Если наш спектакль спровоцирует дискуссию – даже с близкими – и поможет кому-то принять свой опыт, то мы будем счастливы.

О связи с флешмобом #MeToo

Все документальные монологи, которые звучат или экспонируются в спектакле, принадлежат актрисам и членам творческой команды. Мы говорим о себе и от себя о том, с чем столкнулись лично. Это наш опыт, потому у нас есть право о нем говорить.

Мы начинали лабораторию до историй с Вайнштейном и аналогичных, и совершенно не планировали такого развития событий. Боюсь, что, к сожалению, этот разговор еще долго будет актуален. Хотя бы потому, что лично меня «брифовали» перед встречей с потенциальными инвесторами мои же хорошие знакомые: «Лена, надень, пожалуйста, платье и красную помаду». И я надевала платье и помаду, шла, улыбалась, понимая, что вообще-то это какой-то сюр и продолжение спектакля. Денег нам тогда не дали, и почему-то я была ужасно рада.

О цене независимой постановки

Мы искали и спонсоров, и инвесторов, наш продюсер Ксюша Волкова помогала писать мне заявки на всякие гранты. А потом мы поняли, что это можно делать бесконечно. Плюс нам нужна нестандартная локация. В день, когда я волевым решением предложила девочкам закрыть этот проект (есть потенциальные инвесторы, но нет внятных денег и нет площадки), я совершенно случайно пришла в особняк-отель «Рихтер», там еще шел ремонт. И я поняла, что вот оно – то место, которое мы так искали. «Рихтер» нас принял, за что ему огромное спасибо, и мы с Катей и Юлей приняли решение доделать спектакль своими силами. Но он должен был соответствовать атмосфере и интерьерам «Рихтера». Так что совсем без бюджета обойтись бы не вышло.

Сколько именно мы потратили, пока не посчитали. Но знаете, спектакль выглядит гораздо дороже. Потому что очень многие, поверив в эту историю, помогали нам просто так. Ника Григорова и бренд «Эндорфин» дали на съемку тизера платья, ювелирная компания Zaretti jewelry прямо на спектакль принесла украшения с бриллиантами, которые стоят сильно дороже, чем весь наш продакшн.


В принципе, чтобы сделать свою постановку, можно не иметь денег вообще или иметь совсем чуть-чуть: например, рубашки для эскиза (наша художник, Саша Алексеева придумала костюм – «рубашка мудака, который принимает решение») я купила в сэконде со скидкой в 40%. Музыкальным руководителем всего была Аня Небо – и она тоже подхватывала какие-то продюсерские вещи. Реквизит для одной сцены принесла Марина Бойко, а для другой – Марина Панферова. Наверно, так и бывает в горизонтальном театре.

О победе феминизма

«Пьеса про придуманную порно-индустрию победившего феминизма» – эту фразу придумала я, когда сочиняла пресс-релиз. В пьесе Антона Бонничи все начинается с убийства Аны Писфул – бывшей порно-актрисы и знаменитого продюсера, создателя своей империи, в которой на всех позициях работают только женщины, и получают они больше мужчин. Для меня это такая игра ума, гипербола. Пьеса Антона ставит вопросы о возможности легализации секс-труда, о том, может ли тело быть инструментом.

Может ли победить феминизм – сложный вопрос. Мне кажется, в размышлениях и позициях феминисток есть много здравого. Но во многих вопросах наше общество настолько патриархально, что это размышление будет такой же игрой ума, как и пьеса Антона.

Ближайшие показы в мае
Подробная информация здесь

14 апреля