Кадр из фильма «Фейерверки днем», режиссер Нина Волова
Нина ранее работала в документальном кино, и это чувствуется: в ее фильме «Фейерверки днем», чеховского толка драме о трех сестрах и их отце, что хочет продать фамильный дом, много наблюдательности, неожиданных находок и точных слов, которые делают его по-настоящему живым. Волова снимает очень теплое, трогательное кино, которое не скатывается в слащавость, а рассказывает грустную на самом деле историю, но ободряющим и очень зрелым языком.Кадр из фильма «День рождения Сидни Люмета», режиссер Рауль Гейдаров
Автор, пожалуй, лучшего российского фильма прошлого года — «День рождения Сидни Люмета», синефильской и одновременно очень человечной истории о парне, который просто хотел стать режиссером и вырваться из своего тихого и печального села. Гейдаров умудряется находить нежность там, где ее просто не разглядеть никому другому, при этом оставаясь в русле реалистического кино о быте российского юга, откуда он родом. Это не кино про кино (а то многих такая связка часто отпугивает), а история о мечте, к которой стремишься, несмотря ни на что.Кадр из фильма «Чистый лист», режиссер Полина Кондратьева
«Чистый лист» — редкий образец фильма, который говорит на тяжелую (во всех смыслах) для многих тему инклюзии простым, понятным языком, без надрыва и заламывания рук. История девушки-бунтарки, которая заводит неожиданную дружбу с дочкой своей преподавательницы, прикованной к инвалидному креслу, цепляет и интонацией, будто ты говоришь с очень хорошим человеком, которого давно знаешь, и тем, насколько увлекательно и живо все сделано. Фильм не превращается в «социальное кино» — в итоге получается настоящее социальное кино, без кавычек.Кадр из фильма «Коммерсант», режиссер Федор Кравчук, Никита Кравчук
Режиссерский дуэт, взорвавший коммерческий прокат своим неожиданным хитом «Коммерсант» с Александром Петровым. Экранизация романа Андрея Рубанова о бизнесмене, по ложному обвинению попавшему за решетку в 1990-е, сразу берет за глотку: мощным визуальным языком, бодрым, абсолютно аттракционным монтажом — и одновременно остается рассказом о силе духа в абсолютно античеловеческих условиях. Кино про тюрьму — русский народный жанр, но Кравчуки смогли придать ему новое, неожиданное звучание.Кадр из фильма «Ровесник», режиссер Федор Кудрявцев
Автор милейшего и невероятно хулиганского мокьюментари «Ровесник» — забавно, что тоже про 1990-е, но про историю некой компании, якобы занимавшейся рекламой в только-только зарождавшемся Рунете. Это кино, которое давит на знакомые многим триггеры ностальгии, но не распадается на набор мемов и моментов «о, я помню, как это было». Это кино про связь прошлого с настоящим и будущим, сделанное при этом изобретательным и по-своему новаторским киноязыком с применением дипфейков и других штук, которые пока лишь входят в обиход наших режиссеров.Кадр из фильма «Здесь был Юра», режиссер Сергей Малкин
Автор зажигательного панк-рок-хита «Здесь был Юра» про трех балбесов, вынужденно взявших под опеку недееспособного дядю. У «Юры» чертовски захватывающая манера повествования: он достаточно хулиганский, чтобы вам было весело, и в меру умудренный житейским опытом самого Малкина, чтобы было над чем подумать. Плюс уникальная роль без слов Константина Хабенского — не каждый режиссер, тем более дебютант, может работать с артистами такого калибра, чтобы они играли в ансамбле с более молодыми коллегами и сохраняли баланс.Кадр из фильма «За нашим домом сад», режиссер Антон Нефедов
Уже третья в нашей подборке автобиографическая история, в этот раз — об опыте жизни в обычной многоэтажке в Грозном накануне первой чеченской войны. Нон-фикшн в нашем кино приживается редко, но это тот случай, когда на столь острую, болезненную (особенно в наше время) тему удается сказать все и при этом никого не обидеть. У Нефедова удивительно точная, близкая к документалистике манера режиссуры, которая вкупе с потрясающими диалогами создает небывалый эффект присутствия.Кадр из фильма «Агния», режиссер Павла Стратулат
В нашем несколько консервативном и надрывном кино очень не хватает шалости, озорства и, конечно, доли абсурда. «Агния» Павлы Стратулат о женщине, занимающейся установкой печей, которая соглашается построить одну такую непопулярному мэру маленького холодного городка, — это наш Йоргос Лантимос, скрещенный с русской тоской и русским же (или, вернее даже, северным) очень необычным чувством юмора. Редкое российское кино, от которого категорически не знаешь, чего ожидать.Кадр из фильма «Трасса „Море — море“», режиссер Илья Храмов
Режиссеры авторского кино — это классно, но что там со здоровой коммерцией? У молодого режиссера Ильи Храмова сейчас в проекте второй фильм — и это, на секундочку, хоррор, редкий жанр для наших широт. Но и первый небезынтересный: «Трасса „Море — море“» — драйвовый, с фантазией сделанный роуд-муви про лихого гонщика, едущего через пол-России с бывшей женой и ее женихом. В нем есть и отлично срежиссированные погони, и много юмора, и при этом кино не превращается в балаган, а остается увлекательной историей о принятии и прощении.Кадр из фильма «Мон», режиссер Софья Чигирова
Татарское кино все чаще мелькает в российских кинотеатрах: «Бери да помни» Байбулата Батуллина, «Шурале» Алины Насибуллиной, «Микулай» Ильшата Рахимбая… Теперь в этом списке еще и «Мон» Софьи Чигировой — драма про молодую девушку, вынужденную бросить карьерные мечты и вернуться в родное село, чтобы заботиться о бабушке, страдающей от болезни Альцгеймера. Фильм, несмотря на завязку, удивительно живой и жизнеутверждающий — о поиске себя, когда кажется, что почва уходит из-под ног. Пусть «татарская волна» будет не меньше якутской!Фото: Сергей Виноградов/ТАСС, Валентин Егоршин/ТАСС, из личных соцсетей Ильи Храмова
Читайте также
Читайте также