Блины, карусели и балаганы: Масленица на картинах Кустодиева

Борис Кустодиев — мастер изображать Масленицу с народными гуляньями, ярмарками и каруселью. Арт-обозреватель Елена Шарова рассказывает о его жизни и главных картинах, а еще о том, почему он работал, не выходя из кабинета, и каким испанским художником вдохновлялся.

«Масленица»

Борис Кустодиев. Масленица. 1916

Борис Кустодиев поймал уходящую натуру: ярмарки, гулянья и веселую пестроту купеческого быта. Картина, что называется, со звуком настоящей зимы: снег скрипит под полозьями саней, барышни мчат в них, укутанные в меха, кони в парадной упряжи с бубенцами. Всего можно найти шесть экипажей на полотне, и все они звенят, фырчат, ржут, хрустят. Лихачи кричат на коней, барышни смеются над шутками своих кавалеров. А там, под горой, свистит ярмарка с каруселью, балаганом и катающимися с горы детьми. Это идеальная картина русского быта, который мастер пишет с любовью. Именно поэтому еще при жизни он был одним из любимых художников за рубежом.

«Автопортрет»

Борис Кустодиев. Автопортрет. 1912

В Италии в городе Флоренция есть один из старейших музеев — галерея Уффици. Там с XVII века, помимо других работ, собирают автопортреты художников. Найти можно и Рубенса, и Рафаэля, и Рембрандта — и Кустодиева. В 1912 году художнику заказал работу министр просвещения страны Луиджи Кредаро. В письме он писал, что желает дополнить собрание Уффици автопортретами «ныне живущих больших художников».

Кустодиев изобразил себя барином в мехах с лихо закрученными усами. Он хочет показать себя частью традиционной русской культуры. На фоне — снова праздник и заснеженные купола Троице-Сергиевой лавры. В этот момент художник уже тяжело болел и часто ездил за границу лечиться. Его поддерживала любимая жена Юлия. Есть история, что во время операции на позвоночнике хирург спросил у нее, мол, что оставить пациенту: руки или ноги. Юлия сказала, что, конечно, руки, он же художник. Поэтому большую часть своих жизнерадостных работ художник писал в мастерской, уже практически не выходя из дома. Он вспоминал свои впечатления от поездок по русской провинции и передавал их на холстах.

«Портрет Ю. Е. Кустодиевой с дочерью Ириной»

Борис Кустодиев. Портрет Ю. Е. Кустодиевой с дочерью Ириной. 1908

Жена художника позирует с дочкой Ирой на руках. Девочка, когда вырастет, будет одной из любимых моделей отца: именно она написана в образе «Русской Венеры».

«Юлия с сыном Кириллом»

Борис Кустодиев. Юлия с сыном Кириллом. 1904

Кстати, Юлия и Борис Кустодиевы поженились в начале 1900-х и сразу же уехали в Европу, где мастер, золотой медалист петербургской Академии художеств, продолжал обучение: посещал Лувр в Париже, музей Прадо в Мадриде. В Испании, например, он копировал любимого Веласкеса и жаловался Юлии на строгих наблюдателей и на то, что они не дают подходить близко к картинам, чтобы рассмотреть манеру письма.

За всей бесхитростной простотой и даже некоторой наивностью сюжетов картин скрывается тонкий знаток истории искусства. Он ценил и любил Брейгеля и его последователей, голландских художников, писавших зимние праздники в мельчайших подробностях. Но у нашего художника все это приобрело чистую, неподдельную радость на грани со сказочностью.

Шарова Елена