Белые ходоки как метафора: тайные смыслы в «Игре престолов»

В подвале «Винзавода» продолжает работу крипта «Амедиатеки» по мотивам «Игры престолов», где проводятся презентации и лекции о культурных кодах сериала и их влиянии на нашу повседневность. 2 мая журналист и театральный обозреватель The City Антон Хитров прочитает лекцию «Белые ходоки как метафора». В день премьеры очередной серии публикуем фрагмент.

Сколько сюжетных линий в «Игре престолов»? Десять? Двадцать? На самом деле всего две – борьба за Железный трон и война с белыми ходоками. И вот вопрос: на кой Джорджу Мартину понадобились ледяные монстры, неужели нам было бы мало междоусобицы в Семи королевствах? Зачем эти две истории нужны друг другу?
Ну и до кучи: почему из всех возможных злодейских способностей ходокам досталась именно некромантия, то есть умение воскрешать мертвых? А вот эта связь с зимой и холодом – она просто так или в ней тоже есть какой-то смысл? Почему Джон Сноу, а не Дейенерис Таргариен или кто-нибудь еще – главный идейный противник Короля ночи, рогатого предводителя ходоков?

Чтобы разобраться во всех этих вопросах, для начала нужно понять, чем уникален мир «Игры престолов» и почему белые ходоки непохожи на других персонажей, воплощающих абсолютное зло типа Волан-де-Морта, императора Палпатина или Саурона.

Вся классика фэнтези – эскапистская (от английского escape – сбежать, исчезнуть. – Прим. ред.). В конце концов, первые книги в этом жанре появились после Второй мировой, когда люди смертельно устали от реальности. Джон Толкин и Клайв Льюис придумали миры, в которых хочется жить: первый – Средиземье, второй – Нарнию. То же самое можно сказать о Джоан Роулинг: да, в волшебном сообществе не все идеально, взять хотя бы несчастных эльфов-рабов, но я не знаю никого младше 30, кто не обрадовался бы сове с письмом из Хогвартса.

А вот у Джорджа Мартина не так. Ни один здравомыслящий человек не мечтает поселиться в Вестеросе. Потому что, если ты не заболеешь серой хворью, тебя заберут в солдаты и пошлют умирать за лорда, который что-то не поделил с соседом. Романы Мартина, как и снятый по ним сериал, – это не мечта о лучшем мире, это завуалированный рассказ о нашей собственной реальности.

Я не берусь судить о фэнтези вообще, но в самых известных романах, фильмах и сериалах этого жанра добро – всегда правило, а зло – всегда исключение. Зло сосредоточено в одной точке, и тому, кто хочет исцелить мир, нужно бить именно в нее. Чтобы спасти Средиземье, достаточно было растопить в вулкане кольцо Всевластья. Чтобы спасти Нарнию, хватило победы над Белой колдуньей. Чтобы восстановить равновесие Силы, необходимо одно – убить императора. Счастью волшебников по большому счету мешал только Волан-де-Морт и его приспешники.

Фэнтезийная картина мира похожа на программу политика-популиста, который предлагает простые рецепты счастья: вот одолеем врага – и заживем. Логично, ведь популисты, как и создатели фэнтези, изображают мир таким, каким мы его хотели бы видеть. «Игра престолов» поменяла многие правила жанра, но лучшее, что она смогла предложить – это реалистичный взгляд на зло.

Зло в этой вселенной не случайно – оно системно. В Семи Королевствах нет ни одного здорового института. Церковь Семерых наполовину состоит из развратников и пьяниц, наполовину – из фанатиков-мракобесов. В рыцари посвящают кого попало: сир Меррин Трант или Гора даже близко не соответствуют рыцарским идеалам. Цитадель ученых-мейстеров – сборище старых догматиков, неспособных разглядеть очевидное (у вас там зомби-апокалипсис на подходе, ау).

Наконец, Ночной дозор, некогда престижный пограничный орден, рекрутирует воров и насильников, чтобы заполнить хотя бы три из 19 замков на Стене, и вообще занимается не тем, чем положено – воюет с аборигенами-одичалыми, которых, по идее, обязан защищать как представителей человечества.

Справедливости ради, исключения тоже бывают: мы встречали парочку порядочных мейстеров, нескольких подлинных рыцарей, отдельных идеалистов из Ночного дозора, недолго наблюдали даже человечного священника-септона. Но все они – фрики, одиночки, аутсайдеры.

Ладно бы Семь королевств были худшим местом на свете, где все не так, как у людей. За пределами страны ситуация не лучше. Одичалые за Стеной – в лучшем случае разбойники, в худшем – людоеды, дотракийцы – кровожадные варвары, в Браавосе детей заставляют торговать телом. Залив работорговцев – ну, тут все понятно из названия.

Похоже, во вселенной сериала вообще нет эффективных и счастливых сообществ вроде толкиновских эльфов. Разве что тропический остров Наат, загадочная родина темнокожей Миссандеи, которую она покинула ребенком и о которой мы знаем исключительно с ее слов.

Короче, мир «Игры престолов» нельзя починить, уничтожив белых ходоков. Это не Король ночи торгует рабами, обирает крестьян, унижает женщин, казнит иноверцев и пытает пленников. Это делают люди. Король ночи не баг системы, баг – это скорее Джон Сноу. Король ночи – воплощение врожденной болезни, которая терзала Вестерос задолго до его появления.

Что это за болезнь? Давайте выясним.


«Винзавод», Большое винохранилище
4-й Сыромятнический переулок, 1/8, строение 6
2 мая в 16:00
Вход свободный по регистрации

29 апреля