В Манеже открывается выставка «Viva la Vida. Фрида Кало и Диего Ривера»

Стоит произнести ее имя – Фрида – и перед глазами встает «монобровь», убранные черные волосы с цветами и лентами, крупные серьги, яркие шали, длинные пестрые юбки. Раз увидев, не забудешь ни ее саму, ни трагическую историю ее жизни.

В Манеже открывается выставка «Viva la Vida. Фрида Кало и Диего Ривера»

Фото: предоставлено организаторами

Два года назад, чтобы увидеть ее картины, выстраивалась очередь на набережной Фонтанки у Музея Фаберже. В Москву музей привез существенно расширенную версию: к тем же картинам и рисункам Кало добавили большой корпус работ Риверы, в дополнение к мексиканской коллекции впервые достали из запасников Пушкинского музея подаренный художником СССР четырехметровый холст «Славная победа» (сатира на вторжение американцев в Гватемалу). Бонусом в отдельных залах показывают графику других мексиканских художников, дружеский дар Советам после Второй мировой войны и фантазии современных авторов на тему образа Фриды. Впрочем, разница двух выставок не только в объеме, но и в качестве экспозиции – в большом пространстве Манежа все выглядит солиднее и ярче.

Залы с картинами, как дом в Сан-Анхеле (не тот, который место паломничества и главный музей, а другой, где они жили несколько лет своего первого брака). Там два соседних здания, в одном жил Диего, в другом – Фрида, соединены мостиком на верхнем этаже. В Манеже работы художников выстраиваются в самостоятельные линии, сходясь в центре – то ли для свидания, то ли для поединка.

Два противоположных полюса. На одном – мужчина, учился в академии, объехал пол-Европы, пожил в Париже в гуще художественных событий. Здесь шаг за шагом видно, как он знакомится с передовым искусством: вот вам влияние Пикассо, вот Сезанна, вот модный кубизм и возврат к реалистическим фигурам. Он поддерживает коммунистов и хочет изменить мир. Напротив – женщина, однажды неудачно севшая в автобус, который врезался в трамвай. Ей 18, позвоночник собирают из осколков и вытаскивают спицы, проткнувшие живот. Живопись для нее – арт-терапия. Вот первый же рисунок: девочка, автобус, гипс и подпись: «Accidente». Авария будет аукаться всю жизнь – больницы, операции, безуспешные попытки родить ребенка, боль, слезы, кровь, которые выплескиваются на бумагу и холсты. Страданиям находятся образные соответствия, часто настолько жуткие, что ее работы начинают приписывать к сюрреализму. Фрида протестует: то, что для них – кошмарный сон, для нее – реальность. В последние годы, несмотря на коллекционеров и выставки в Париже и Нью-Йорке, на восприятие будут влиять наркотики и алкоголь – ими она заглушает боль, телесную и душевную.

В Манеже открывается выставка «Viva la Vida. Фрида Кало и Диего Ривера»

Фото: предоставлено организаторами

И все же выставка не только об искусстве, но и о любви, не зря же первое, на что бросается взгляд при входе – огромный фотопоцелуй. «Чем сильнее я люблю женщину, тем сильнее заставляю ее страдать», – это Ривера. «В моей жизни было две аварии: одна, когда автобус врезался в трамвай, другая – это Диего», – понятно, Фрида. Они жили открытым браком, он изменял ей с сотней женщин, она не отставала и не скрывала своей бисексуальности, они разводились и женились снова. В центре выставки, в месте их встречи – три картины: социальная сатира Риверы, занятого глобальными идеями, самый известный автопортрет Фриды, ее исповедь – «Сломанная колонна» – с исколотым гвоздями телом в металлическом корсете, а также «Несколько царапин», где похожий на Диего мужчина стоит над телом убитой женщины с лицом Фриды, и кровь заливает даже раму.

Еще один сюжет на выставке проходит фоном, но заслуживает внимания – история Музея Долорес Олмедо в Мехико, хранящего лучшую в мире коллекцию Кало и Риверы. Юная, обнаженная Долорес смотрит с карандашного портрета. Мексиканская бизнес-леди, землевладелица, на заработанные деньги она покупала картины, и к ней на виллу приехал умирать Ривера через три года после Кало. Их отношения уже не так важны, но главное, что сделала Долорес – выкупила четыре десятка картин Фриды у семьи Эдуардо Moрильо Сафы, главного коллекционера и друга художницы. По завещанию Диего, картины, оставшиеся в «голубом доме», где большую часть жизни прожила пара, не могут покидать стены здания. И только собрание Долорес Олмедо теперь гастролирует по всему миру, рассказывая трагическую историю.


Центральный Манеж, Манежная площадь, 1
21 декабря-12 марта

Ирина Осипова

19 декабря, 2018