Лучшие спектакли по русской классике в московских театрах

В эпоху агрессивного посттеатра и тотального отрицания авторитетов немодно смотреть строгую классику. А зря. Выбрали постановки, на которые можно смело идти самим, приводить родных и друзей. Скучно не будет, заодно школьную программу по литературе можно освежить.

«Капитанская дочка»

Театр имени А. С. Пушкина

Предоставлено пресс-службой

Хрестоматийная повесть Пушкина ожила в романтическом спектакле Олега Долина. Ученик Сергея Женовача вслед за мастером умеет так разобрать текст, что в нем обнаруживаются спящие смыслы. Перед глазами зрителя проносится история не столько про русский бунт, сколько про философию милосердия и любви даже в самые темные времена. Долин сам написал инсценировку, сделав главной фигурой молодого дворянина Петрушу Гринева. Он вспоминает всю свою биографию от рождения до женитьбы, и на сцене возникают живые и символичные образы родного дома, службы в уральской крепости, встречи с будущей невестой, спасение замерзающего прохожего, оказавшегося впоследствии Емельяном Пугачевым.

Поэтическая вселенная, выстроенная Максимом Обрезковым, как всегда, поражает воображение лаконизмом и яркой метафорикой. Молодые артисты с видимым драйвом играют здесь всех и сразу (у большинства по несколько ролей). Пугающе привлекательным получился образ Пугачева — опасного разбойника, которому оказываются не чужды благородные интенции. Словом, идти стоит смело — не только за видимой романтикой, но и за зашитым внутрь всех сценических ходов гуманизмом и главной идеей о чести и достоинстве, необходимых каждому и во все времена.

«Война и мир»

Театр имени Вахтангова

Предоставлено пресс-службой

Великий спектакль Римаса Туминаса, ознаменовавший 100-летие Театра имени Вахтангова и его заслуженную славу. Пять часов на сцене живет и дышит главный русский роман. С литовской изысканностью и безупречным вкусом показана царская России во время Наполеоновских войн. История дворянских родов Ростовых, Болконских, Курагиных и Друбецких во всех подробностях, с кровавыми страстями, воронками самооправданий и пустыми интригами.

Действенная сценография Адомаса Яцовскиса организует очищенную от быта пустую сцену с помощью «великой» серой стены. В конце концов она сметает героев со сцены как Рок и Война. Во флагманском спектакле вахтанговцев занят весь цвет труппы во главе с Сергеем Маковецким, Евгением Князевым и Людмилой Максаковой. Вслед за Туминасом они признаются в любви России. И делают это так, что не полюбить ее и не погоревать над ней заново невозможно. Эпохальнее спектакля по Толстому в стране нет и еще долго не будет.

«Евгений Онегин»

Театр имени Маяковского

Сергей Петров/предоставлено пресс-службой

Остроумная и молодежная версия пушкинского сюжета от художественного руководителя Маяковки Егора Перегудова. Вся история осталась на месте, главные сцены, включая сцены с письмами, — тоже. Кардинально изменился возраст исполнителей главных ролей. И Онегин, и Ленский, и сестры сыграны хулигански вчерашними выпускниками, с их помощью «энциклопедия русской жизни» смотрится легко, весело и по-настоящему поэтично. Сумасшедшие красивости делают сцены гадания, именин, танцев на балу и дуэли запоминающимися, как голливудское кино. Народный художник Владимир Арефьев сначала укутает сцену снежными перинами, а затем растопит весь этот снег весенним солнцем. Или внезапно ожившей любовью Онегина?

«Мы воспринимаем нашего „Онегина“ как личный дневник Пушкина, „искренний журнал“. Наблюдения поэта за современностью, его размышления о любви и дружбе пронизаны огромной иронией и самоиронией. На этой интонации мы и создавали спектакль», — говорил Перегудов на премьере. Что ж, и спустя год смеем заверить: у него получилось.

«Анна Каренина»

Малый театр

Евгений Люлюкин/предоставлено пресс-службой

Культовый толстовский текст про измену, разрушившую жизни, с размахом поставил в Малом театре художественный руководитель новосибирского «Красного факела» Андрей Прикотенко (его «Мертвые души» и «Бесы» покорили московских театралов на гастролях). Умеющий всматриваться в классику так, чтобы ее смыслы переворачивались с ног на голову, Прикотенко в случае с «Карениной» сплел тончайшее кружево из мотивов поступков героев и причин рокового финала.

Эффектную сценографию сочинила постоянный соавтор режиссера Ольга Шаишмелашвили. Она очистила прославленную сцену от быта, чтобы перенести режиссерский акцент на актеров труппы и слово Льва Толстого, при этом сумев воплотить через зримый образ идею неумолимого рока. Анна в спектакле растворяется в снежной метели и исчезает, словно все в ее судьбе было только снегом, детским снегом из нарезанной белой бумаги. В ролях — звезды Малого театра: Виктор Низовой, Глеб Подгородинский, Людмила Титова, Светлана Аманова и другие.

«Три сестры»

«Студия театрального искусства»

Sti.ru

Непафосное и по-настоящему глубокое прочтение чеховской пьесы, очищенной от интонационных наслоений и смысловой однозначности. Перед нами — мозаика замечательно сыгранных героев, внезапно показавшихся такими близкими и понятными: и «милые сестры», и интеллигент Тузенбах, и заигравшийся в Лермонтова Соленый. Всех хочется в конце концов обнять и утешить. Мэтр современной российской сценографии Александр Боровский «высадил» на авансцену березовую рощицу. Деревца, освещенные нездешним светом (художник по свету — Дамир Исмагилов), становятся молчаливыми свидетелями диалогов, в которых никто друг друга не слышит. А судьба и любовь продолжают обманывать…

Тот факт, что чеховских героев играет молодое поколение, добавляет спектаклю легкости и тонкого задушевного юмора. Вообще, этих «Трех сестер» смело можно назвать самыми чеховскими во всей Москве. Они оставляют светлое впечатление и особенно понравятся тем, кто разочаровался в современном театре.

«Герой нашего времени»

Театр Гоголя

Татьяна Жданова/предоставлено пресс-службой

Изощренная версия романа Лермонтова от художественного руководителя Театра имени Гоголя Антона Яковлева. Текст основательно переписан, но талантливо и с дерзкой задумкой — превратить роман XIX столетия в психологический триллер. В центре сюжета — современный поэт, переживающий экзистенциальный кризис и решающий свести счеты с жизнью. Самострел к фатальным последствиям не приводит, зато становится входным билетом в гипнотическую ирреальность, герои которой упорно принимают его за красавца-нарцисса Печорина. Так местом действия становится XIX век, а персонажами — призраки героев лермонтовского романа.

За сценическое пространство спектакля отвечает главный художник «Ленкома» Алексей Кондратьев, за великолепные костюмы — Тамара Эшба. Главный вопрос этой сногсшибательно красивой и дерзкой работы отчетлив и ясен: предрешенность и фатум действительно решают больше, чем сам человек? Ответить предлагается зрителю.

«Мастер и Маргарита»

Театр наций

Ира Полярная/Theatreofnations.ru

Уникальный спектакль канадского мэтра Робера Лепажа представляет собой грандиозный технический замысел со множеством визуальных спецэффектов и сложнейшими костюмами. Поставить литературный памятник Лепаж решил без полумер, с «выходом за рамки привычного, поиском новаторских решений и взломом традиционных кодов повествования».

На сцене — одновременно история любви, политическая сатира, пародийная комедия и фантастическая притча. Но что куда важнее — манифест творческой свободы. Помимо того, что в одном и составов Мастера играет Евгений Миронов (Воланда, кстати, всегда исполняет неподражаемый и полный инфернального обаяния Виктор Вержбицкий), важно отметить, что для спектакля было создано более 100 комплектов костюмов-трансформеров. Благодаря молниеносным переодеваниям в формате quick change перед зрителями предстал и мир Москвы 1920–1930-х годов, и бал Воланда, и библейские события. Главный сценографический прием здесь — техника иллюзионизма, позволяющая объектам появляться и исчезать, становиться прозрачными и превращаться из одного в другой.

Текст: Наталья Витвицкая