Моя Москва: Юлия Высоцкая

Герои нашей рубрики «Моя Москва» делятся своими детскими воспоминаниями о жизни в Москве и сдают любимые места. В новом выпуске – телеведущая, актриса и создательница сети кулинарных студий Юлия Высоцкая.

Я долгое время жила на Малой Грузинской улице, в том же доме, в котором когда-то жил Владимир Высоцкий. Это определенно одно из самых удобных мест в Москве. Оно вне пределов Садового кольца, поэтому воздух там почище. При этом все близко, куда угодно можно дойти пешком – хоть до Тверской, хоть до Арбата. Но есть и какая-то уединенность в этих улочках, рядом красивый католический костел, где особенно прекрасно под Рождество. В семье моего мужа было заведено жить на даче, а в Москве ночевать по необходимости. Но я в этой квартире именно жила, был у нас такой период.

Моя первая Москва случилась очень давно, когда мне было 12 лет. Я приехала из Баку, встречать Новый год с одноклассниками. Мы остановились в гостинице «Якорь» на углу Тверской-Ямской и Большой Грузинской, сейчас на этом месте находится Sheraton Palace. По иронии судьбы через много лет прямо напротив мы открыли наш первый ресторан – «Ёрник». «Якорь» был очень удобно расположен, мы везде ходили пешком. Еще там были огромные комнаты с высокими потолками и окнами в пол, один душ и туалет на весь коридор, чем-то это все напоминало артистическое общежитие, как я сейчас понимаю. Я тогда впервые в жизни попробовала кулебяку в одной из столовых, где нас кормила наша учительница. И, не поверите, впервые попробовала гречневую кашу. У нас в семье ее не принято было готовить, считалось, что это быстрая еда, недостойная домашнего стола. Отлично помню, как было холодно на Красной площади, мне казалось, что на ботинках нет подошвы, я иду босиком и кожа на ступнях прилипает к булыжникам. Я отстояла вместе со всеми очередь в мавзолей, но почему-то не пошла внутрь. Не могу сказать, что это была моя принципиальная позиция, что я не хотела смотреть на мертвого человека, никаких таких взрослых мыслей у меня не было. Мне просто не хотелось туда заходить, благо никто и не заставлял. Меня тянуло обратно в столовую, где дают кулебяки с горячим сладким чаем. Было уже совсем темно, вокруг все в огнях, все в предвкушении Нового года. Москва была прекрасна, она произвела на меня огромное впечатление, показалась очень уютной. Конечно, она сильно изменилась с тех пор, и эти изменения мне бросились в глаза, когда я приехала сюда жить в 1994 году. Это был уже совсем другой город.

Мне нравится просто гулять по Москве. В первые годы, когда я чаще жила в городе, чем на даче, мы очень много ходили пешком. Любимый маршрут – зоопарк – «Баррикадная» – американское посольство – Краснопресненская набережная. Мы доходили до «Лужников», там бегали. Эти места по-прежнему мне нравятся, наверное, потому, что окрашены воспоминаниями из того периода моей жизни. Кстати, «Лужники», на мой взгляд, стали еще лучше. В прошлом году мы там снимали фильм, и это было очень хорошо. Какой-то там правильный воздух, я бы сказала.

Может быть, дело в глазах смотрящего, но когда-то мне Москва казалась доброй и мягкой, мне было в ней хорошо. И в самый первый раз, и во второй, когда мы с сокурсниками приехали на студенческий театральный фестиваль со спектаклем Ионеско «Лысая певица». Фестиваль был международный, и жили мы в гостинице «Москва». Впечатлений было море, в частности гастрономических. В ресторане нашей гостиницы я впервые попробовала котлеты по-киевски. А с моим однокурсником Сашей Овчинниковым мы планомерно осваивали город следующим образом: когда после наших ночных посиделок под утро все ложились спать, мы отправлялись завтракать. Например, в кулинарию при ресторане «Прага», где я узнала о существовании знаменитого торта, или в свежеоткрывшийся магазин «Данон», где мы завтракали одним на двоих йогуртом. Он же потащил меня в «Макдоналдс». Я честно отстояла длиннющую, как и в мавзолей, очередь, но есть отказалась. У меня тогда не было никаких представлений о фастфуде, но эта еда не показалась мне аппетитной.

Есть места, которые раньше мне нравились, но потом потеряли свое очарование. Когда открылся «Пушкинъ», все ходили туда. Он и тогда казался чрезмерно игриво-пафосным, фальшивым, с этими «сударями» и «сударынями», но тогда это было в диковинку, да и вообще никто не понимал, какими могут быть у нас рестораны. Конечно, побывав за границей, я уже знала, что там все иначе, но для Москвы на тот момент это было самое приличное место. Сейчас мне там совсем не уютно. Хотя это, безусловно, прекрасный проект, придуманный с нуля и безупречно воплощенный. И как бизнес-проект я его принимаю, а как ресторан для себя – нет. Мне нравится Max’s Beef for Money Владимира Басова – небольшое место рядом с Патриаршими, с крошечным меню и прекрасной винной картой. Подход к еде, выбор биодинамических вин, стекло, обслуживание – там все немножко по-питерски. В свое время мне было очень хорошо на втором этаже Maritozzo. Там тоже была потрясающая винная карта, очень хороший (что редкость для Москвы) и разнообразный хлеб, к тому же очень грамотные ребята работали. Сомелье пришел туда из Grand Cru, с которым у меня тоже связан отдельный период в жизни – мы ставили «Дядю Ваню» и после репетиций заходили вечером на пару бокалов шампанского и закуску. Тогда там было все сделано не на поток, а очень элегантно, тонко. Вообще, конечно, команда у Simple Wine серьезная, придираться не буду, но после того, как они расширились, это место лишилось интимности, что для меня очень важно. Хотя для вина это по-прежнему отличное место.

Я вообще люблю гулять, и парки для этого совсем не обязательны. Летом могу пройти полгорода, как-то за приятной беседой с друзьями проделали путь от Цветного до «Стрелки». Мне нравится рассматривать дома, людей красивых, людей странных, собак, витрины, кафе. Правда, скажу честно, в места, о которых я ничего не знаю, не захожу даже на чашку чая. Нет во мне этой спонтанности, я должна знать, что это за заведение и что меня в нем ждет. В этом смысле я хорошо к себе отношусь – с особым вниманием ко всему, что в себя отправляю.

Мои выходные – это, как правило, рабочие дни. Я ни по чему сейчас так не скучаю, как по театру, по сцене, по зрителям. Стало понятно, что люди мало отличаются от кур, поскольку так же видят только то, что у них перед носом. Как можно было так недооценивать счастье, которое приносит работа! Конечно, я уставала, конечно, бывало так, что надо выходить на сцену, а энергии совсем нет, потому что накануне отыграла трилогию Чехова, до этого снимала программы, а перед этим прилетела с других съемок. В таком режиме я жила довольно долго, и эта пауза помогла мне не только выдохнуть, но и оценить, насколько я счастливый человек, потому что у меня была эта работа и, надеюсь, еще будет. Раньше перед репетицией, когда я заезжала куда-то выпить кофе, смотрела на людей, которые пришли неторопливо завтракать в свой выходной, и думала, что для меня такое совершенно невозможно. Во-первых, я не могу есть в день спектакля, во-вторых, даже если бы вдруг у меня выдался свободный день, я бы вряд ли куда-то поехала из своей деревни и наслаждалась тем, что осталась дома. Но зато мне были доступны другие удовольствия. Отыграешь спектакль вечером и едешь к любимым друзьям в какое-нибудь приятное место, чтобы выпить с ними бокал вина, чтобы выдохнуть, чтобы отпустил драйв. А уж если спектакль хорошо прошел – это отдельная песня!

На мой взгляд, ресторанная история в Москве конца 1990-х – начала 2000-х была гораздо интереснее. Пусть рестораны быстро открывались и так же закрывались, жили недолго, но эта жизнь была яркой. Все что-то придумывали, старались готовить то, чего больше нигде нет, создать атмосферу, отличную от других мест. Толпа тогда была такая прекрасная, декадентская, что ли. Сейчас из этого всего ушли широта и драйв. Тогда ресторанами занимались другие люди, может быть, другого склада, они строили миры. Сейчас строят бизнес-модели. Может быть, теперешние рестораторы даже более образованы и опытны, но меня в места, которые они открывают, не тянет даже из любопытства. А может быть, я просто брюзжу? Мне нравится то, что происходит в Москве с японской кухней – есть несколько мест, где мы часто бываем, например Fumisawa Sushi. А гостей я поведу в Food Embassy, у нас одна из лучших террас в Москве, я говорю это абсолютно объективно. Живая музыка, бар с коктейлями, чудесный вечерний свет, зелень – оттуда просто не хочется уходить! А ржаная бездрожжевая лепешка из печи?! Это безумно вкусно, легко могу съесть хоть десять штук. Как только все откроется, я, конечно, сразу побегу туда. И потом я соскучилась по людям, с которыми мы работаем уже пять лет.

Мне особенно хорошо в Подмосковье. Удивительный воздух, дыхание природы, цветов. Я давно не находилась на даче так долго и сейчас получаю невероятное удовольствие. Сирень цветет, ландыши. Все эти цвета, запахи присущи только средней полосе, природа здесь отличается какой-то свежестью, нежностью.

Для меня главное в Москве – это дом. Раньше, какое-то время назад, это была работа. Я часто и подолгу отсутствовала, приезжала в Москву на такие спринтерские забеги. Мне это очень нравилось. Я в Москве подпитывалась энергией – от города, от людей, с которыми работаю. А сейчас, когда я попадаю домой откуда бы то ни было – из театра в Москве, из аэропорта, после прекрасного Питера или из-за границы, – душа живет по-другому.

Люблю столичные высотки, Дом на набережной. Еще мне очень нравится особняк Рябушинского, где музей-квартира Горького. Вообще, в Москве так много красивого разнообразия! Могу целые районы назвать любимыми: Китай-город, Кузнецкий Мост, улочки наверх от Лубянки, где вдруг какая-нибудь церквушка на тебя смотрит из-за угла… В Москве все-таки есть какая-то неистребимая уютность.

Анастасия Круглякова

12 июня